Журнал "Наше Наследие" - Культура, История, Искусство
Культура, История, Искусство - http://nasledie-rus.ru
Интернет-журнал "Наше Наследие" создан при финансовой поддержке федерального агентства по печати и массовым коммуникациям
Печатная версия страницы

Редакционный портфель
Библиографический указатель
Подшивка журнала
Книжная лавка
Выставочный зал
Культура и бизнес
Проекты
Подписка
Контакты

При использовании материалов сайта "Наше Наследие" пожалуйста, указывайте ссылку на nasledie-rus.ru как первоисточник.


Сайту нужна ваша помощь!

 






Rambler's Top100

Музеи России - Museums of Russia - WWW.MUSEUM.RU
   

Редакционный портфель Письма Г.П. Блока к Б.А. Садовскому. 1921-1922

От редакции | Оглавление 01 02 03 04 05 06 07 08 09 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 | Фотоматериалы


17

8/II 1922

Дорогой мой друг Борис Александрович. Каждое письмо приходится начинать с благодарности. Спасибо и за посвящение и за портреты. Статья — превосходная1. Вот именно так и нужно — в меру костей и в меру мясца. А мясцо первокласснейшее. Дико мне было читать новую статью по Фету. Есть мелкие замечания, которые, конечно, не навязываю. Афанасий Неофитович назван у Вас отцом. Нельзя ли, щадя мой «приоритет» (я очень оценил Вашу сознательную неточность), как-нибудь обойти это наименование? Портрет с Наденькой отнесен Вами к 1857 году. Едва ли в 57 году она могла быть в Париже. Кажется, в декабре 56-го они тронулись из-за границы домой. Вот и все. Узнал много нового. Кроме того, что висит у меня теперь и стоит (подаренные Вами), да еще фотографий с Полонским и фот<ографии> Дьячовенко, я больше ничего не видал. Что бы я дал, чтобы увидеть уланские портреты, и Надю, и смертельно больного старика с воспаленными глазами!

Ильин день и Барон2 очень хороши. С наслаждением их прочел. И опять дерзаю подавать свой голос. Не переменить ли имен Влад<имира> и Василия? Чувствую, что Вы намеренно их так схоже окрестили, но уж слишком схоже, это сбивает — даже Вас. В одном месте Вы назвали Василия Владимиром по ошибке. Это пустяк. А барон был бы еще тоньше, еще «субтильнее», если бы чуточку укоротить начало, строчки четыре убрать, не очень уж надавливать Петербургом. Не сердитесь, дорогой мой, на непрошенное вмешательство в Ваши дела.

Теперь об этих самых делах. Хоть Вы и предупредили меня задолго о приезде Вашего родственника, но я еще не управился, и — казните меня — денег еще не высылаю. Причиной тому разные мои сомнения. Сам я Вам предложил Гржебинский альманах, а потом стал колебаться. Там Серапионовы братья — Лунц, Слонимский и пр., там редактором Замятин. А?

Кроме того, у меня новая мысль. Некий Вольфсон3 (Вас<илий> Леон<идович> его видел и знает, что это за испанский страус) вовлек меня в издательскую работу с ним вдвоем. Первый разговор с ним происходил у меня еще при В<асилии> Л<еонидовиче>. Я на это решился. Разменивались мы с ним так: его деньги и все финансово-торговые заботы, моя редакция, привлечение авторов, надзор за печатанием. Помимо меня ничего не приобретается, и помимо меня других редакторов нет. Что я буду за это получать — еще не знаю точно, оговорил только, что это будет не жалованье, а определенная доля прибыли. Издательство называется «Время».

Итак, я хотел бы предложить Вольфсону сборник Ваших рассказов, или Ваших поэм, или и того и другого вместе. Я с ним еще не говорил, но условия могу более или менее предсказать — 1 ½ миллиона за лист, это от него. А т. к. я, конечно, на Вас наживать не могу (против этого, я надеюсь, Вы не возражаете?), то в Вашу пользу должна пойти вся та доля прибыли, которая причиталась бы мне, как участнику издательства. Я очень прошу Вас вникнуть в сущность этого предложения и понять, что ничего похожего на подарок тут не может быть. Это просто единственно достойный порядок отношений, которые могут существовать между нами. Согласны? Слышу, как Вы отвечаете: да. Верите ли, что я тут никак не барышничаю? Верю. Имея на руках Вашу доверенность, считаю себя вправе вести такие монодиалоги и потому завтра же, как только Вольфсон приедет из Москвы, начну с ним предварительно говорить. Ваше телеграфное или почтовое veto, разумеется, мгновенно остановит эти переговоры.

А с журналами и альманахами пока повременю — это дребедень. Только иконографию постараюсь поместить в одном из научных журналов4.

Подбор материала для сборника, конечно, зависит от Вас. Не соединить ли просто в одну книжечку то, что Вы мне уже прислали? Или выделить, может быть, Три поэмы и так их издать: «Три поэмы».

Сборник стихотворений предлагал. Издатели стихами запуганы — перепроизводство, и книготорговцы морщатся. А поэмы пойдут и рассказы тоже.

Думаю, что денежно Вам будет выгодно. Обычно дают или единовременный гонорар, или не свыше 10%. Мне, несомненно, будет причитаться больший %, а гонорар сверх того. Постараюсь переслать Вам деньги наискорейшим и наивернейшим способом.

Ваше решение печататься приветствую. Издательств не испанских нет. Не молчать же из-за этого5. Но за Вашу пессимистическую фразу о России очень сержусь. Как можно? Помните, у Чехова есть священник, который, когда шел служить молебен от засухи, брал с собой кожан6. Вот как надо верить. И я так в Россию верю, и Вы тоже, конечно. Это просто у Вас сорвалось.

Отвечайте мне, пожалуйста, поскорее. Буду очень нетерпеливо ждать.

Забыл еще большое — поблагодарить Вас за прекраснейший Ваш портрет. Налюбоваться не могу. Любители всегда умнее и тоньше профессионалов, при всей слабости их техники. Эта карточка мне очень, очень много дала. И за акростих спасибо. Мы его с женой просмаковали. А портрет в рамке все время перед глазами. Так Вас и вижу, точно живу около Вас.

Что Вы мне пишете о моей чистоте. Какая там чистота! У меня в прошлом в одной определенной области (женщины) много темного, непоправимого

 

...и горько жалуюсь

 

и плачу теперь за это тем, что моих детей воспитывают в ненависти ко мне. Хорошо ли так воспитывать — другой вопрос, но я знаю, что этого заслужил. Где уж тут говорить о чистоте. Все растоптано.

Я ужасно люблю Вам писать и всегда выбираю для этого особливо благополучный вечер, — когда спокоен, свободен и не очень утомлен. И досадно мне, что сегодня, торопясь к отъезду Вашего родственника, должен делать это наспех, поздней ночью, с опустошенной головой, с ноющими от усталости ногами. Не судите поэтому строго этого письма и помните, что Вы лучший, ближайший, крепчайший мой друг и что я очень крепко Вас люблю, и всей душой хотел бы, где только могу, Вам помочь. Верьте и помните, что, если денег еще не высылаю, если вообще все медленно, то это не моя нерадивость, а обстоятельства. И ни одной возможности не упущу, и все время помню о Вас и о Ваших делах.

От В<асилия> Л<еонидовича> получил очень хорошее, печальное, глубоко меня тронувшее письмо. Передайте ему мой поцелуй и что я ему вскорости пишу. Все недосуг — он знает. Забрала меня моя новая административная работа, заговорила заснувшая было старая кровь. А времени совсем не стало.

Прилагаю письмо моей матери. Жена благодарит за память и очень хочет поскорее Вас увидать. Скоро напишу Вам еще — специально о Ваших невестах. Это меня, простите, встревожило.

Господь с Вами, мой дорогой.

Ваш Б.

Первая наша книга с Вольфсоном — стихи Зоргенфрея. В<асилий> Л<еонидович> читал. Есть прекрасные, и очень хороший человек. Как-нибудь напишу о нем подробно. Книга уже набирается. Он наш7.



От редакции | Оглавление 01 02 03 04 05 06 07 08 09 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 | Фотоматериалы

 
Редакционный портфель | Указатели имён и статей | Подшивка | Книжная лавка | Выставочный зал | Культура и бизнес | Подписка | Проекты | Контакты
Помощь сайту | Карта сайта

Журнал "Наше Наследие" - История, Культура, Искусство




  © Copyright (2003-2016) журнал «Наше наследие». Русская история, культура, искусство
© Любое использование материалов без согласия редакции не допускается!
Свидетельство о регистрации СМИ Эл № 77-8972
 
 
Tехническая поддержка сайта - webgears.ru