Журнал "Наше Наследие" - Культура, История, Искусство
Культура, История, Искусство - http://nasledie-rus.ru
Интернет-журнал "Наше Наследие" создан при финансовой поддержке федерального агентства по печати и массовым коммуникациям
Печатная версия страницы

Редакционный портфель
Библиографический указатель
Подшивка журнала
Книжная лавка
Выставочный зал
Культура и бизнес
Проекты
Подписка
Контакты

При использовании материалов сайта "Наше Наследие" пожалуйста, указывайте ссылку на nasledie-rus.ru как первоисточник.


Сайту нужна ваша помощь!

 






Rambler's Top100

Музеи России - Museums of Russia - WWW.MUSEUM.RU
   

Редакционный портфель Записки корнета Савина, знаменитого авантюриста начала XX века

Записки корнета Савина: Предисловие публикатора | Содержание | 01 02 03 04 05 06 07 08 09 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 | Валя. Быль. | Послесловие публикатора | Примечания | Фотоматериалы


XXIX

Приезд в Россию. - Гостеприимный пристав. - Путешествие в Варшаву. - Несговорчивый стражник. - План бегства

Поезд тихо подошел к длинной, крытой платформе пограничной станции Александрово. Как только поезд остановился, у дверцы вагона показалась фигура русского жандармского унтер-офицера, пригласившего нас в контору начальника. Выходя из вагона, я очутился среди живой изгороди, образованной жандармами, стоявшими от самого вагона вплоть до конторы. За жандармами стояла толпа любопытных. Я быстрыми шагами прошел в контору. Это была большая комната; посредине стоял длинный стол, у которого сидело человек 15 жандармов, занятых визировкой заграничных паспортов.

За письменным столом сидел жандармский ротмистр.

- Вы корнет Савин? - обратился он ко мне, отвечая на мой поклон. - Садитесь, пожалуйста.

Затем, просмотрев прибывшие со мной бумаги, он выдал квитанцию в моем доставлении и отпустил сопровождавших меня.

- Вы гродненский гусар? - спросил он меня по уходе немцев.

- Да.

- Я вас помню, когда вы еще были в Гродненском полку. Я тогда служил в литовских уланах. Мы даже знакомы, так как встречались у штаб-ротмистра Палицына. Моя фамилия Вилькен.

- Как вы меня отправите дальше, ротмистр? - спросил я.

- Это от меня не зависит. Я обязан вас передать гражданским властям, то есть местному становому приставу. Наверное, сделаны уже все распоряжения, и вас не задержат.

Затем, позвав старшего вахмистра, ротмистр Вилькен приказал ему проводить меня к становому приставу, жившему в нескольких шагах от вокзала.

В канцелярии станового меня встретил маленький старичок в полицейском мундире и на мой поклон и рекомендацию ответил, протягивая руку:

- Очень приятно познакомиться. Мы вас давно поджидали. Я местный становой пристав, титулярный советник Бжизовский. Вы, наверное, устали с дороги? Не хотите ли чайку?

Такой любезный прием меня очень успокоил.

Напившись чаю и закусив, я разговорился с добродушным старичком-становым. Он был поляк, звали его Фелицианом Казимировичем, и он служил становым приставом в Александрове уже двенадцать лет. От него я узнал, что дальнейшая моя отправка зависит от уездного начальника, к которому придется ехать в город Нешаву, отстоящий от Александрова в десяти верстах. Отправить меня туда он не имел никаких распоряжений и думал, что мне пока придется прожить денька два-три в Александрове.

- Да куда вам торопиться? Поживите у нас, отдохните немножко, - прибавил он добродушно.

Способ отправки, по его словам, зависел от меня. Если я желаю ехать на свой счет, и согласен заплатить за проезд туда и обратно конвойным, то меня отправят без замедления, в случае же нежелания тратить на это деньги, я буду отправлен на казенный счет при первой отправке партии в Варшаву.

Вечером мне приготовили постель в кабинете хозяина, рядом с канцелярией. Прощаясь со мной, добродушный старичок просил меня не обижаться, что по долгу службы он посадит у моей двери «ангела-хранителя» в лице городового. Не успел я лечь, как за дверью послышался протяжный храп: «ангел-хранитель» уже спал.

Так прошло три дня. Жил я у Бжизовского, как гость. Познакомился с его семейством и его знакомыми, ходил с ним на вокзал завтракать и обедать.

На четвертый день, в то время как мы завтракали на вокзале, приехал начальник уезда капитан Орлицкий.

Узнав от Бжизовского, что я нахожусь тут, он подошел ко мне, отрекомендовался и был со мною в высшей степени любезен, вспомнил даже, что он меня встречал во время восточной войны в штабе 9-го гвардейского корпуса, где я был ординарцем у корпусного командира. Относительно дальнейшей отправки он предложил послать меня на следующий же день и приказал Бжизовскому приехать со мной утром в Нешаву, в полицейское управление.

На следующее утро, распростившись с семейством гостеприимного пристава, я уехал с ним в Нешаву.

Бумаги были уже готовы, и в конвой мне назначен был старший полицейский стражник Духновский. Отправляли меня пока до Варшавы, где мы должны были явиться в губернское правление.

Перед моим отъездом Орлицкий приказал стражнику быть вежливым со мною, а по приезде в Варшаву остановиться ночевать в гостинице и уже наутро явиться в губернское правление.

Окончив свои распоряжения, Орлицкий пригласил меня к себе и угостил завтраком.

- Надо мне с вами выпить на дорогу, - сказал Орлицкий. - Мы с вами товарищи, служили в одном корпусе и проливали вместе кровь под Плевной. Я уверен, что вы скоро освободитесь, так как дела ваши, в сущности, пустые. Я уже об этом слышал.

Кроме меня и Бжизовского, завтракал у Орлицкого также и секретарь полицейского управления Лабинцов. От него я узнал сведения о перевозке арестантов из Варшавы в Петербург.

Сведения эти были мне очень полезны. Я понял, что мне надо было во что бы то ни стало бежать из Варшавы и заключения в пересыльную тюрьму.

Позавтракав и изрядно выпив, я поблагодарил любезно Орлицкого и уехал на станцию с Бжизовским и стражником. Бжизовский провожал меня только до вокзала, где мы с ним распростились. Нам же пришлось ожидать около двух часов поезда, идущего в Варшаву.

Воспользовавшись этим временем, я разговорился с Духновским и уговорил его ехать в третьем классе, оставив меня в первом. Однако я дал ему деньги на билет туда и обратно по тарифу первого класса, и он на этом зарабатывал около двадцати рублей на разнице в цене билетов.

В Варшаву поезд приходил в одиннадцатом часу вечера. Я предполагал выйти на предпоследней станции, не доезжая Варшавы, или же соскочить из вагона, подъезжая к самой Варшаве. Обдумав этот вопрос, я нашел, что последнее более удобно. Чтобы не внушать подозрения моему стражнику, я почти на каждой станции выходил и перекидывался с ним несколькими словами. Таким образом, мы благополучно проехали полдороги, но вдруг на станции Скерневцы, перед третьим звонком в вагон, в котором я ехал, входит Духновский и садится против меня.

Я был поражен этим неожиданным появлением и ничего ему не сказал, но сидевший рядом со мною драгунский офицер обратился к нему и спросил его:

- Что тебе нужно? Ты, наверно, ошибся вагоном. Здесь первый класс.

- Никак нет, ваше высокоблагородие, - отвечал Духновский. - Я сел сюда потому, что здесь едет арестованный, которого я везу в Варшаву, - и он указал на меня.

Эта выходка стражника меня страшно сконфузила. Я вышел из вагона и пошел в третий класс.

- Зачем вы меня осрамили? - спросил я Духновского. - Ведь мы с вами сговорились сидеть врозь для избежания скандала.

- Потому что я отвечаю за вас и обязан ехать вместе с вами, - отвечал он мне. - Стало темно, да и ехавшие со мною пассажиры напугали меня рассказом о ваших бегствах за границей.

После этого, конечно, нечего было и думать о побеге из вагона, и надо было изобрести какой-нибудь другой способ спасения. Я решил, что самым удобным будет заехать в Варшаве в «Европейскую гостиницу», уговорить Духновского подождать меня у главного подъезда с Краковского предместья, пройти по коридорам гостиницы в ресторан, а оттуда выйти чрез другой подъезд на Саксонскую площадь.

В Варшаве мы взяли извозчика и велели ему ехать в «Европейскую гостиницу». По дороге я объяснил Духновскому, что мы заедем в «Европейскую гостиницу» на минутку, чтобы взять высланные туда из-за границы вещи, а затем поедем в какую-нибудь маленькую гостиницу ночевать. Подъехав к гостинице, я попросил Духновского подождать меня на извозчике, но получил категорический отказ. Я ответил, что с ним вместе в гостиницу, где все меня знают, идти не желаю, а обо всех притеснениях с его стороны буду жаловаться начальству, после чего велел извозчику везти нас на Белянскую улицу во второстепенную гостиницу Липского.

Приехав туда, я занял два номера в нижнем этаже и заказал ужин. Я думал споить моего конвойного, но и в этом потерпел фиаско. Пил он охотно, но только водку, а водка на него не действовала.

Заметив, что он все-таки стал веселей и разговорчивее, я предложил ему послать человека за двумя хорошенькими панёнками, но Духновский ответил мне, что для себя я могу послать хоть за тремя, но ему панёнок не нужно.

Я все-таки позвал номерного и спросил его, не может ли он пригласить хорошенькую барышню, чтобы с ней поужинать. Он ответил, что у них в гостинице живут две певицы из театра, но надо немного подождать, так как барышни не возвращались еще из театра.

В ожидании певиц я продолжал накачивать Духновского водкой, уговаривал его переодеться в мое штатское платье и поехать покутить в город, в какой-нибудь танцкласс, куда по ночам съезжаются варшавские модистки. Но Духновский продолжал упираться, говоря, что ему «это» не нужно, что он человек женатый.

Видя, что слова плохо помогают, я стал предлагать ему деньги и дал ему двадцать пять рублей, чтобы он согласился ехать со мной. Кредитка оказалась действеннее слов. Духновский согласился, но с условием ехать в форме. Делать было нечего.

Выходя из гостиницы, на подъезде мы встретили номерного, который с удивлением спросил, куда мы уходим, когда «барышни» скоро придут.

Я ответил, что мы уходим на короткое время, и сказал, чтобы он одну из певиц попросил подождать у меня в номере.

Это распоряжение я сделал на случай моего возвращения в гостиницу. Если, по несчастью, мне ничего не удастся, то ожидающая меня в номере певица будет предлогом, чтобы хоть на время избавиться от Духновского. Тогда осталось еще последнее средство: выпрыгнуть из окна номера на улицу.

С этими мыслями я вышел из ворот.



Записки корнета Савина: Предисловие публикатора | Содержание | 01 02 03 04 05 06 07 08 09 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 | Валя. Быль. | Послесловие публикатора | Примечания | Фотоматериалы

 
Редакционный портфель | Указатели имён и статей | Подшивка | Книжная лавка | Выставочный зал | Культура и бизнес | Подписка | Проекты | Контакты
Помощь сайту | Карта сайта

Журнал "Наше Наследие" - История, Культура, Искусство




  © Copyright (2003-2016) журнал «Наше наследие». Русская история, культура, искусство
© Любое использование материалов без согласия редакции не допускается!
Свидетельство о регистрации СМИ Эл № 77-8972
 
 
Tехническая поддержка сайта - webgears.ru