Журнал "Наше Наследие" - Культура, История, Искусство
Культура, История, Искусство - http://nasledie-rus.ru
Интернет-журнал "Наше Наследие" создан при финансовой поддержке федерального агентства по печати и массовым коммуникациям
Печатная версия страницы

Редакционный портфель
Библиографический указатель
Подшивка журнала
Книжная лавка
Выставочный зал
Культура и бизнес
Проекты
Подписка
Контакты

При использовании материалов сайта "Наше Наследие" пожалуйста, указывайте ссылку на nasledie-rus.ru как первоисточник.


Сайту нужна ваша помощь!

 






Rambler's Top100

Музеи России - Museums of Russia - WWW.MUSEUM.RU
   

Редакционный портфель Записки корнета Савина, знаменитого авантюриста начала XX века

Записки корнета Савина: Предисловие публикатора | Содержание | 01 02 03 04 05 06 07 08 09 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 | Валя. Быль. | Послесловие публикатора | Примечания | Фотоматериалы


XVIII

В монастыре иезуитов. - Снова в Монте-Карло

В монастыре я нашел весьма радушный прием. Доктор-монах оказался искусным хирургом. Он с большою ловкостью сделал перевязку и уложил меня в постель.

На расспросы доктора, назвавшегося отцом Вениамином, и других братьев, приходивших меня навестить, я рассказал им, что, катаясь верхом в окрестностях монастыря, упал с лошади. Но, через несколько дней, познакомившись ближе с этими милыми и умными людьми, я решился рассказать им всю правду.

С одним из знаменитых проповедников, отцом Жеромом, я близко сошелся.

Отец Жером, в свете Максимильян де Сан-Ламберт, был родом француз и происходил из старинной дворянской фамилии, был артиллерийским офицером и сражался в отряде генерала де Шанзи. Будучи ранен осколком гранаты в нижнюю часть живота, по мнению врачей, смертельно, он дал обет Богу, что, если останется в живых, то поступит в орден иезуитов. Оправившись от ужасной раны как бы чудом, он сдержал свой обет и поступил в монастырь св. Игнатия.

Его природное красноречие, звучный и притом мягкий голос, изящная фигура и манеры, а главное, убежденность - много способствовали его успеху, и вскоре он достиг известности не только в Бельгии, но и во всем католическом мире, как выдающийся проповедник. Во время моего пребывания в монастыре отцу Жерому было всего сорок лет. Меня влекло к нему и хотелось открыть ему свою душу, и я, наконец, рассказал ему обо всех несчастьях. Через него я стал получать письма от Мадлен.

Здоровье мое вполне поправилось, сломанная ключица срослась, и я стал собираться покинуть мирную обитель, решив покинуть навсегда Европу и уехать с Мадлен в Америку.

Я писал об этом Мадлен, которая вполне разделяла мое решение. Мы условились съехаться в конце апреля в Ницце, куда мне надо было ехать за получением тридцати тысяч франков, внесенных за меня нотариусу Дефоржу покупщиком моей виллы. О моих планах и положении в монастыре знали только отец Жером да доктор, которые снабдили меня рекомендательными письмами к иезуитам и влиятельным лицам, живущим по ту сторону Атлантического океана.

Гуляя как-то вечером, за несколько дней до моего отъезда из монастыря, с отцом Жеромом, я высказал ему чувство грусти, которое я ощущал при мысли о скорой разлуке.

- К чему же нас покидать, друг мой, если наша тихая обитель вам так нравится? - сказал он, кладя мне руку на плечо. - Я давно уже заметил вашу симпатию к нашей братии и хотел вам кое-что предложить.

- Что именно? - спросил я его.

- Да поступить к нам в орден.

- Что!? Поступить мне в монастырь! Да я совсем к этому не привержен, а кроме того, как вы хорошо знаете, я человек не свободный: живу с женщиной, которую люблю и с которой расстаться не могу.

- Да кто же вам говорит про расставание? - возразил он мне с легкой улыбкой.

- Как же это? Не могу же я, поступивши в орден, продолжать жить с моей Мадлен?

- Конечно, жить открыто невозможно, но с соблюдением внешних приличий, почему же нет? В нашем ордене на это смотрят сквозь пальцы, в особенности, по отношению к энергичному и приносящему пользу монаху. Такому монаху прощается многое.

- Так вы думаете, что из меня выйдет дельный иезуит?

- Не только думаю, но вполне уверен в этом. При том, - продолжал он, - с поступлением в наш орден, все преследования, обращенные против вас, прекращаются, так как уже Савина более не будет существовать, а будет отец Иван или Петр, который станет под защиту не только нашего ордена, но и всей католической церкви, а это сила, против которой, конечно, ни одна судебная власть Европы не может бороться. Наконец, служением церкви вы спасете вашу душу, а это - главная цель всякого христианина.

- Как это так вы говорите: спасу свою душу, когда, поступая в монахи, буду жить в грехе?

- Да кто же из нас не грешит? Но мы рассчитываем на безграничное милосердие Всевышнего, причем стараемся искупить свои грехи истинным и полезным служением святой церкви. По уставу ордена, интересы католической церкви ставятся выше всех частных интересов не только отдельных лиц, но даже целых государств. Таким образом, служа церкви и принося ей неоспоримую пользу, вы искупите ваши грехи. Наконец, святой отец наш, папа, зная хорошо все трудности, переносимые членами нашего ордена, особо благоволит к ним и присылает ежегодно со своим благословением индульгенцию, которая очищает всю братию нашего многострадального ордена от грехов. Не бойтесь же, мой друг, и поступайте без всякого страха к нам. Как человеку энергичному для вас надеется в нашем ордене нашем ордене много дела, интересного и подходящего к вашему характеру, но об этом вы узнаете, тогда, когда поступите в него, - и отец Жером лукаво и многозначительно улыбнулся.

- Не совращайте меня, отец Жером, мне служение церкви не по душе и у меня нет никакой склонности к этому. Я слишком люблю жизнь и ее наслаждения и не способен отказаться от земных благ в ожидании небесных.

На этом кончился наш разговор.

Три дня спустя я покинул монастырь.

________

Расставшись с братьями монастыря св. Игнатия и заняв у отца Жерома три тысячи франков, я уехал по направлению к Ницце. Думал я остановиться в Монако. Жить в Ницце было опасно, так как меня там слишком хорошо знали. Но ехать туда было необходимо, чтобы получить деньги за проданную виллу. Конечно, будь у меня необходимые бумаги для удостоверения моей личности, я мог бы послать доверенность моему ниццкому приятелю, адвокату Масону, но, к несчастию, у меня никаких бумаг не было и мне приходилось ехать волей-неволей самому.

Приехал я в Монако в конце апреля.

Сезон уже подходил к концу.

Конечно, приехав в Монако я не мог удержаться от соблазна и немедленно отправился в казино. Желание попытать счастья было естественно. Год тому назад игра дала мне полмиллиона франков.

Все в этом зале было без перемен: груды золота и банковских билетов, те же крупье.

Целый день я бился вничью и по окончании игры оказался в проигрыше около пятисот франков. На другой день мне повезло, я выиграл семь тысяч франков.

Этот выигрыш утвердил во мне снова надежду на возвращение счастья. Я стал играть шире, бросать деньгами и забыл даже опасность и нелегальное положение, на котором находился.

На четвертый день приезда моего в Монако, приехала из Парижа Мадлен. Этот приезд отвлек меня от всех моих дум и зеленого поля.

Через три дня мы уехали в Сан-Ремо не по железной дороге, а на лошадях, чтобы избегнуть проезда через официальную франко-итальянскую границу, где всегда толкутся массы жандармов и полицейских.

В Сан-Ремо мы очень мило устроились в небольшой, но весьма хорошей гостинице, на самом берегу моря. Пробыл я там с неделю. Но благоразумие заставило меня, в конце концов, вспомнить о цели моего приезда. Надо было ехать в Ниццу за деньгами.

Для бoльшей осторожности я доехал до Ментона на лошадях и оттуда взял билет в Ниццу. У нотариуса все обошлось благополучно, и любезный г. Дефорж выдал мне под расписку тридцать тысяч франков без малейшей задержки. От нотариуса я заехал к своему приятелю, адвокату Морису Масону, чтобы пожать ему руку и, кстати, рассчитаться за его хлопоты по моим прежним делам. Масон очень обрадовался, увидев меня, причем передал мне, что он уже слышал о моем приезде в Монако и советовал быть осторожным.

- Вы знаете, - сказал он мне, - как бдительна наша французская полиция, а потому будьте осторожны и уезжайте поскорей из Франции. Поверьте, что за вами уже следят.

После этого предупреждения я стал еще осторожнее, дождался ночи и в закрытой коляске уехал прямо в Монако, где думал переночевать, а на другое утро ехать в Сан-Ремо к Мадлен.

Я благополучно добрался до Монако и сейчас же послал телеграмму Мадлен с извещением о благополучном исходе моей поездки и получении денег от нотариуса.

На другой день я собрался ехать в Сан-Ремо, но затем решил остаться до вечера. Меня сильно подмывало пойти попытать счастья в казино. Денег у меня было около сорока тысяч. «Может быть, мне опять повезет», - думалось мне, и я отправился в казино.



Записки корнета Савина: Предисловие публикатора | Содержание | 01 02 03 04 05 06 07 08 09 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 | Валя. Быль. | Послесловие публикатора | Примечания | Фотоматериалы

 
Редакционный портфель | Указатели имён и статей | Подшивка | Книжная лавка | Выставочный зал | Культура и бизнес | Подписка | Проекты | Контакты
Помощь сайту | Карта сайта

Журнал "Наше Наследие" - История, Культура, Искусство




  © Copyright (2003-2016) журнал «Наше наследие». Русская история, культура, искусство
© Любое использование материалов без согласия редакции не допускается!
Свидетельство о регистрации СМИ Эл № 77-8972
 
 
Tехническая поддержка сайта - webgears.ru