Журнал "Наше Наследие" - Культура, История, Искусство
Культура, История, Искусство - http://nasledie-rus.ru
Интернет-журнал "Наше Наследие" создан при финансовой поддержке федерального агентства по печати и массовым коммуникациям
Печатная версия страницы

Редакционный портфель
Библиографический указатель
Подшивка журнала
Книжная лавка
Выставочный зал
Культура и бизнес
Проекты
Подписка
Контакты

При использовании материалов сайта "Наше Наследие" пожалуйста, указывайте ссылку на nasledie-rus.ru как первоисточник.


Сайту нужна ваша помощь!

 






Rambler's Top100

Музеи России - Museums of Russia - WWW.MUSEUM.RU
   


"Беседы о старине Казанской": Вступительная статья Марины Сидоровой Письма Н.Н. Булича М.Ф. Де-Пуле 01 02 03 04 05 06 07 08 09 10 11 12 13 14 15 16 Фотоматериалы

Письма Н.Н.Булича М.Ф.Де-Пуле

 

Подготовка текста, публикация и комментарии Марины Сидоровой

 

 

3

23 Ноября [1874 г.], Казань.

 

Милостивый Государь

Михаил Федорович!

 

Вслед за вторым письмом моим к Вам, я получил еще два ваши письма от 12 и 14-го Ноября (последнее только вчера) и принимаюсь за третье с своей стороны. Вы невольно втягиваете меня в беседу о старине Казанской; вопросов задано много; на многое я могу и стану отвечать. И так за дело. Я сожалею только, что для иного нужно много рыться, а на это требуется время. К счастью у меня большая библиотека (без хвастовства больше Второвской) и справки недалеко1.

Поведу речь о Фуксе, Карле Федоровиче2. Вот самая интеллигентная личность Казани, головой выше всех его современников. Его дом был поистине центром образованности и ума казанского в течение многих лет, и надобно сожалеть, что ни Казанский Университет и никто из его членов до сих пор не почтили его биографией и очерком его широкой умственной деятельности3. Он невольно привлекает к себе. Вот таких немцев можно любить и уважать. При жизни он пользовался всеобщим уважением, по смерти его забыли.

Фукс родился в 1775 или 1776 году. Родина его был городок Герборн, в княжестве Нассау. Не знаю, однако, почему, по рассказам, Фукс выводил свое происхождение из Голландии. Мать его была дочерью Гофмана, известного медика, изобретателя капель его имени. Это его собственные слова4. Дома он хорошо познакомился с языками греческим и латинским, и с этими познаниями вступил в Академию в Нассау в 1793 году. Затем несколько лет он учился в Геттингенском университете, занимаясь главным образом медициною и естественными науками. В 1798 году он получил степень доктора медицины в Марбургском университете и стал практическим врачом. В 1800 году он переехал в Петербург и, как кажется, тоже занимался практикою, но вскоре он делает путешествие по России с естественно историческими и преимущественно ботаническими целями. Я не умею сказать на чей счет. Это было в 1801 году, а в 1804 году он назначен врачом при посольстве Графа Головкина. Сопровождал ли он это посольство, но у Вигеля, в перечислении всех лиц его, Фукса нет (Р.В. 1864, т.50, стр. 563-574)5. Вероятнее всего, что Фукс, не ездил, ибо в Сентябре 1805 года он был уже назначен в только что испеченный Казанский Университет орд[инарным] проф[ессором] Естественной истории и ботаники и с этого года, до конца 30-х годов он безраздельно служил этому университету, читал патологию, терапию, занимался клиникою, был краткое время библиотекарем, несколько раз деканом врачебного факультета, когда они выбирались на год и, наконец, ректором. В этом звании он находился во время ревизии генерала Желтухина6 после увольнения Магницкого7 и оставил ректорство в 1827 году. Фукс по летам мало жил в Казани и ездил в соседние губернии, причем у него всегда была какая-нибудь научная цель. Средства на эти поездки давало ему так называемое визитаторство училищ, когда последние зависели от университета, а в 1823 году он сопровождал по Выс. повелению Сенатора-ревизора Соймонова в Пермский край «для ученых на Уральском хребте изысканий по части российских древностей, ботаники и минералогии». Фукс превосходно знал край нашего учебного округа (урезанного и раздробленного в настоящем году)8 и знал его во всех отношениях. Ни одна сторона этого края не ускользала от его внимания и внимания пытливого, умного, чисто-европейского. На людей его знавших и чем-либо интересовавшихся, Фукс производил обаятельное впечатление. Мои личные впечатления слишком ничтожны. Я узнал этого глубоко-почтенного старика в тот год, когда кончил курс, в 1845 году, а этот год был последним в его жизни. Я встретился с Фуксом на Сергиевских Серных водах9, этом для многих памятном месте, которое без сомнения не раз встречается в воспоминаниях старика Второва. Жил я там тогда недолго, но бывал у Фукса, приехавшего кажется туда для золотушной и единственной дочери. Надобно заметить, что жена его, известная поэтесса10, сразу невзлюбила меня, кажется за резкие отзывы о поэзии вообще, а может быть и ее собственной, отзывы, извинительные только молодостью. Но с дряхлым, хотя и бодрым умственно стариком я раза два ездил в окрестности; он ботанизировал; я слушал его рассказы и заслушивался. Я только что написал тогда кандидатскую диссертацию о Шеллинге и его ф[илософ]ии; был свежо знаком с его идеями о природе, увлекался Спинозою, его natura naturans u naturata. Фукс как бы разделял мое молодое увлечение. Передо мной и теперь, как живое, стоит это старческое, большое, с крупными, немного одутловатыми чертами лица, напоминающими бюст Гете в старости (вероятно, пропущено слово — М.С.) и раздается его шепелявая, как у Грановского11, но полная умственной бодрости речь. Я помню, как он объяснял характер, общий или скорее общую краску флоры разных поясов и сравнивал синий колорит пиренейских долин с тем бледно-желтым ковром, какой мы видели перед собою. Воротившись с Серных Вод, Фукс медленно умирал и умер 24 Апреля следующего года. Однако простите меня за эти личные воспоминания; они невольно выплыли из тумана, Вами же вызванные.

Над гробом Фукса было сказано в Лютеранской церкви несколько задушевных речей, врачами и немцами, и русскими. Из последних заслуживают внимания речь Проф. Скандовского, тоже теперь покойника, ученика Фукса12 (Губ[ернские] Вед[омости] 1846 г. № 19) и проф[ессора] анатомии Аристова13 (она вырвана в моем экземпляре). Из речи Скандовского видно, что Фукс был непосредственным учеником известных Блуменбаха14 и Вернера15, что преподавание его было увлекательно и живо, что с 1842 года его разбил паралич.

Кроме родного, немецкого, Фукс отлично говорил по-французски и по-английски. Вот отчего всякий европейский путешественник, а их было немало, сближался с Фуксом и узнавал о Казани и о крае у него. Гумбольдт16 и Гакстгаузен17 главным образом только и водились около него. Первого Фукс сопровождал по Каз[анской] Губ[ернии]. Как врач, он пользовался широкою известностью всех соседних губерний, откуда приезжали больные со средствами в Казань, к нему. Но он лечил и множество бедного люду, и, несмотря на то, что аптеки в таком случае давали лекарство даром, он каждый год платил за больных в аптеки: так было их много. От того он пользовался всеобщею любовью.

Фукс знал и татарский язык, которому он выучился в Казани и, как я думаю, и некоторые восточные. С основателем в Казани ориентальных знаний, известным академиком Френом18 он был дружен.

У Фукса был свой собственный кабинет разных древностей и редкостей по естественной истории, собранных им в течение долгой жизни, значительное собрание монет, преимущественно восточных, большая и самая разнообразная библиотека. Из знакомства с краем и из долговременных наблюдений над его жителями, у Фукса выдавались вперед этнографические сведения. Он чрезвычайно интересовался здешними инородцами, знакомился с их наречиями, изучал их предания. Я не имею времени точно обозначить все печатные труды Фукса; для этого надобно рыться, а я пишу больше на память. В Ж[урнале] М[инистерства] Внут[ренних] Д[ел] есть описание его путешествия по Казанской Губернии, где можно найти любопытные наблюдения над геологическим строением ее и над Мордвою, племенем почти обрусевшим19. Еще в 1817 году в Каз[анских] Известиях (№№ 67, 68 и сл.) Фукс напечатал «Краткую историю города Казани» (был и отдельный оттиск, но я знаю только единственный его экземпляр)20. Из него видно, что Фукс был уже тогда знаком и с татарскими рукописями и с восточными монетами. Для древней истории Казани это лучшая книга и далеко превосходит позднейших историков Казани: Мих. Рыбушкина и Баженова21. Незадолго до смерти, в 1844 году (Каз[ань]. 8o. 131 стр.) Фукс напечатал «Казанские татары в статистическом и этнографическом отношении». Это лучшая книга по предмету, полная тонких наблюдений и знания дела. То же после Фукса только повторяли его. Я убежден, что супруга его, написавшая так много стихов (о ней завтра или после завтра), под влиянием мужа обратилась под конец к этнографическим заметкам и сочинениям. Такова ее «Поездка к Вотякам Каз[анской] Губернии» (Губ[ернские] Вед[омости]. 1844. № 14, 16, 17 и сл.), статья неизвестная члену Этнограф[ического] отдела нашего Общества естествознания22, напечатавшего в нынешнем году свою книгу: «О Вотяках Казанской Губ[ернии]»23. Таковы ее «Записки о Чувашах и Черемисах Каз[анской] Губ[ернии]» (Каз[ань]. 1840 г. 329 стр.), книга достойная внимания, хотя тогда же несправедливо осмеянная Сенковским24. Фукс собирал исторические предания. В Губ[ернских] Вед[омостях] 1843 г. (редакции Второва), № 44 напечатано известие, что Г[оспожа] Фукс написала исторический роман «Зюлима или Пугачев в Казани» (он не был напечатан и я ничего о нем не знаю)25. Он снабжен был предисловием мужа, где, между прочим, Фукс говорит: «В 1833 году, А.С.Пушкин, проезжая в Оренбургскую Губернию, остановился на одни сутки в Казани. Я имел счастье видеть этого знаменитого поэта в моем доме и провести несколько приятнейших, незабвенных часов в беседе с ним. Он желал получить от меня некоторые сведения о пребывании Пугачева в Казани; но я, никогда не занимаясь этим предметом, не мог в полной мере сделать ему угодное, однако ж, передал все, что знал до того времени. Его обязательная признательность за такие маловажные услуги заставила меня дать ему слово заняться этим предметом серьезнее; к сожалению, не имея довольно свободного времени, не мог я скоро исполнить желание незабвенного Пушкина. Смерть похитила его у России и лишила меня счастья показать ему мою преданность исполнением его желания; однако я взял твердое намерение и, по смерти его, сдержать данное ему слово, чтобы, исполняя волю его, принести признательную дань и незабвенному ему праху. Четыре года я собирал, с неусыпным старанием, все сведения, все исторические истины, все рукописи и изустные сказания казанских старожилов, бывших очевидными свидетелями тогдашних происшествий при самозванце Пугачеве…». Н.И.Второв напечатал одно такое сказание купца И.А.Сухорукого, доставленное Фуксом.

Мне известно, что из высокой наблюдательности, Фукс интересовался разными сектами раскола, причем разумеется, в нем не было отношений к расколу, напоминающих Мельникова, Ливанова, Субботина и Ко. Он собирал их рукописи, старопечатные книги; любил беседу с ними, был их ходатаем у разных представителей судебной и административной власти и пр. В то время это была редкость и Фукс, конечно, не искал политических тенденций раскола.

Фукс не оставил большого состояния: маленькая приданая деревня жены, дом на Сенной площади и вовсе не капиталы. Жена прожила еще лет десять, но ничего более не писала и не печатала по смерти мужа. Его единственную дочь она выдала замуж за негодяя26, который промотал, что было, и бросил жену с детьми без гроша. О дальнейшей судьбе мне не известно. Коллекции, монеты, рукописи, книги (в библиотеке Фукса была такая редкость, как острожская библия27), — все это пошло прахом, продано на толкучке задаром и даже не досталось в хорошие руки. Это, к сожалению, еще почти общая участь умственного добра в нашей провинции.

(О женитьбе Фукс, о жене его и ее литературных произведениях, о Рындовском, Полянском и проч. дня через три).

 

-----------------------------------

 

Р.С. Никак я не думал, что с вашим трудом соединится для меня отчасти личный интерес. Так как Вы знаете теперь мои семейные связи, то меня очень интересует глава о жизни Н.И.Второва в доме В.В.Аристова28. Сей добродушный, но исполненный разных житейских слабостей милиционер времен Прейсиш-Эйлау и Фридланда29 вероятно не раз фигурирует в записках Отца и сына. Моя жена, теперь уже старуха, да и брат ее, были бы не совсем приятно удивлены, встретить о нем лично что-нибудь не совсем благоприятное. Кстати об этом времени. Здесь живет еще их сожитель в том же доме И.А.Сахаров30. Не копнуть ли его? Искренно Вам преданный Н.Булич.

 

1 Личная библиотека Н.Н.Булича насчитывала к концу его жизни около 7 тыс. томов; по печатному каталогу — более 3 тыс. названий, из них около 1000 на иностранных языках (Алфавитный каталог книг, пожертвованных университету почетным членом, заслуженным ординарным профессором его Н.Н.Буличем. — Казань, 1896.). В ней были собраны произведения рус. писателей XVIIIXIX вв., литературные и научные журналы и сборники XVIIIXIX вв., в том числе редкие, труды крупнейших рус. историков и литературоведов, философские сочинения. Особый интерес представляют нелегальные и запрещенные издания, многие из которых стали раритетами. Часть библиотеки составляли работы казан. писателей, литературоведов, лингвистов, историков, казан. периодика. В конце жизни Н.Н.Булич решил передать свое книжное собрание в городскую публичную библиотеку, работе которой содействовал с самого её основания. Однако из-за равнодушия властей, бедственного положения публичной библиотеки, невозможности нахождения в ней запрещенных книг, он изменил свое намерение в пользу библиотеки Казан. ун-та. До 1930-х гг. книги находились в особом помещении, затем поступили в общее книгохранилище.

2 Карл Федорович Фукс (1776–1846), профессор терапии, патологии и клиники (до 1818 г. — естественной истории и ботаники) Казан. ун-та, в 1823–1827 гг. — ректор, одновременно (1819–1829) — врач больницы Казан. ун-та. Дом Фукса и его жены А.А.Фукс в 30–40-е гг. являлся центом культурной жизни Казани, куда стекались представители местной интеллигенции и приезжие ученые и писатели (М.М.Сперанский, барон А.Гумбольдт, барон Гакстгаузен, А.С.Пушкин и др.). Фукс как практикующий врач и выдающийся знаток местного края, автор ряда статей и исследований по истории, этнографии, статистике Казан. края пользовался широкой известностью не только в Казани, но и в Петербурге.

3 Наиболее полная биография Фукса принадлежала в XIX в. К.В.Лаврскому и П.А.Пономареву (Карл Федорович Фукс и его время // Казан. литературный сборник, 1878. — Казань, 1878), широко использовавших очерки Де-Пуле, в основе которых лежали письма Булича. Т.о., именно Н.Н.Булич является, по сути, первым биографом Фукса.

4 Лаврский и Пономарев (см. примеч. 3) оспаривают этот факт.

5 Воспоминания Ф.Ф. Вигеля // Рус. вестник. — 1864. — Т. 50. — С. 563-574.

6 Петр Федорович Желтухин (1778–1892), генерал-лейтенант, дипломат, киевский военный губернатор. В 1826 г. производил ревизию Казан. ун-та, результатом которой было удаление М.Л.Магницкого от должности попечителя Казан. учебного округа.

7 Михаил Леонтьевич Магницкий (1778–1844), известный реакционный деятель. В 1819 г. ревизор на правах попечителя и попечитель Казан. учебного округа. Произвел «разгром» Казан. ун-та, предлагал даже совсем его ликвидировать, преследовал профессоров, занимаясь доносами и обвинениями их в неблагонадежности. После своего увольнения в 1826 г. был сослан в Ревель.

8 В 1874 г. из Казан. учебного округа выведены губернии: Оренбургская, Уфимская, Пермская, Нижегородская и Пензенская.

9 Бальнеологический и грязевой курорт Самарской губернии.

10 Александра Андреевна Фукс (урожд. Апехтина) (…–1853), писательница, поэтесса, автор исторических и этнографических статей и трудов о народах Поволжья, племянница казан. поэта Г.П.Каменева. В 1821 г. вышла замуж за профессора К.Ф.Фукса, который и увлек ее историко-этнографическими изучениями. Как поэтесса входила в круг казан. литераторов, была знакома с Е.А.Баратынским, А.С.Пушкиным, которому посвятила «стихи на проезд» его через Казань (Заволжский муравей : [журнал]. — 1834. — Ч. 1. — № 1. — С. 15-18), Н.М.Языковым и др. поэтами, с которыми вела переписку. В Казани ее дом был центром литературных вечеров, имевших большой успех.

11 Тимофей Николаевич Грановский (1813–1855), рус. историк, общественный деятель, глава московских западников. С 1839 г. профессор всеобщей истории Московского ун-та.

12 Никанор Алексеевич Скандовский (1798–1867), профессор Казан. ун-та по кафедре терапевтической клиники, душевных болезней и патологической семиотики. Выпускник Казан. ун-та в 1825 г. В 1826 г. был утвержден репетитором лекций профессора К.Ф.Фукса по терапии. В 1832 г. получил степень доктора медицины в Дерптском профессорском институте и в 1835 определен в Казан. ун-т преподавателем медицины. С 1837 — ординарный, с 1862 — заслуженный профессор Казан. ун-та. Одновременно преподавал медицину в Казан. духовной семинарии. В 1861 г. назначен директором терапевтической госпитальной клиники. Известен как врач-практик. В 1863 г. вышел в отставку.

13 Евгений Филиппович Аристов (1806–1875), анатом, доктор медицины. Выпускник Московского отделения Медико-хирургической академии. С 1833 г. в Казан. ун-те; с 1837 г. — экстраординарный профессор и зав. кафедрой анатомии. Один из организаторов Анатомического театра. В 1867 г. избран Почетным членом Казан. ун-та, была установлена стипендия его имени. Портрет Аристова до сих пор находится в Анатомическом театре.

14 Иоганн Фридрих Блуменбах (1752–1840), немецкий анатом и антрополог.

15 Абрам Готлиб Вернер (1750–1717), немецкий геолог и минералог. Основатель научной школы. Разработал классификацию пород и минералов.

16 Александр Гумбольдт (1769–1859), немецкий естествоиспытатель, иностранный почетный член Петерб. Академии наук (1818). Брат немецкого филолога, философа, языковеда, гос. деятеля и дипломата В.Гумбольдта. А.Гумбольдт пребывал в Казани с 23 по 28 мая 1829 г. в сопровождении берлинских профессоров Эренберга и Розе. Последний оставил книгу воспоминаний о своем путешествии в Россию, где полно описано и пребывание в Казани.

17 Август Гакстгаузен (1792–1866), барон, прусский чиновник, экономист. В 1843 г. при материальной поддержке рус. правительства путешествовал по Центральной России, Украине, Поволжью и Кавказу с целью изучения рус. крестьянской общины.

18 Христиан Данилович Френ (1782–1851), выдающийся ориенталист, профессор Казан. ун-та, академик Петерб. Академии наук (1817). В 1807 г. состоялось назначение Френа ординарным профессором по кафедре восточных языков в Казан. ун-т. Он стоит у истоков ориенталистики в Казан. ун-те. В 1817 г. был переведен на службу в Академию наук, в Петербург, где стал основателем и 1-м директором Азиатского музея Академии наук.

19 Фукс К.Ф. Поездка к Мордве // Журнал Министерства народного просвещения. — 1839. — № 10.

20 Фукс К.Ф. Краткая история города Казани. — Казань, 1822.

21 Имеются в виду книги: Рыбушкин М.С. Краткая история города Казани. Ч. 1–2. — Казань, 1834; 2-е изд. — Казань, 1848–1849; Баженов Н.К. Казанская история. Ч. 1–3. — Казань, 1847.

22 Общество естествоиспытателей, создано в 1869 г. при Казан. ун-те.

23 Имеется в виду Д.Островский — автор работы «Вотяки Казанской губернии» (Труды Общества естествоиспытателей при Казан. ун-те. — 1874. — Т. IV, вып.1).

24 Библиотека для чтения. — 1840. — Т.43. — Отд. 5.

25 Исторический роман А.А.Фукс «Зюлима или Пугачев в Казани» так и не был опубликован, а судьба его рукописи не известна.

26 София Карловна Брылкина (…–1878), дочь Карла Федоровича Фукса, была замужем за Павлом Александровичем Брылкиным, одним из членов клуба «червонных валетов». Он был сослан в Сибирь, но прежде успел спустить все имение жены в Чебоксарском уезде.

27 Острожская библия — первая полная славянская библия, напечатанная в 1580–1581 гг. в типографии Ивана Федорова и князя К.К.Острожского в его замке в г. Острог.

28 Василий Васильевич Аристов (1786(?)–1855 (1854)), военный. На военной службе с 1798 г. В 1811 г. вышел в отставку в звании подполковника. В 1812 г. — батальонный начальник Казан. губернского ополчения, в 1812–1816 гг. — дежур-майор Симбирского ополчения. В 1823–1828 гг. работал земским исправником. Тесть Н.Н.Булича.

29 Имеется ввиду участие В.В.Аристова в рус.-прус.-франц. войне 1806–1807 гг. В сражении при Прейсиш-Эйлау рус. войска отразили атаки наполеоновских войск, под Фридландом рус. армия потерпела поражение, после чего Россия заключила Тильзитский мирный договор 1807 г.

30 Иван Александрович Сахаров (1815–1885), выпускник словесного отделения Казан. ун-та (1835). С 1834 г. — ст. учитель, с 1844 — инспектор Нижегородской гимназии. Среди его учеников — С.В.Ешевский, Н.А.Иванов, К.М.Бестужев-Рюмин. С 1847 г. — инспектор 1-й Казан. гимназии, в 1856–1860 гг. — ее директор. Затем инспектор Казенных училищ Казан. учебного округа. С 1876 г. — в отставке. На протяжении многих лет своей жизни собирал книги. В Казани его частная библиотека функционировала до 1863 (1864) г., в 1872 г. была куплена городской публичной библиотекой.

 



"Беседы о старине Казанской": Вступительная статья Марины Сидоровой Письма Н.Н. Булича М.Ф. Де-Пуле 01 02 03 04 05 06 07 08 09 10 11 12 13 14 15 16 Фотоматериалы

 
Редакционный портфель | Указатели имён и статей | Подшивка | Книжная лавка | Выставочный зал | Культура и бизнес | Подписка | Проекты | Контакты
Помощь сайту | Карта сайта

Журнал "Наше Наследие" - История, Культура, Искусство




  © Copyright (2003-2016) журнал «Наше наследие». Русская история, культура, искусство
© Любое использование материалов без согласия редакции не допускается!
Свидетельство о регистрации СМИ Эл № 77-8972
 
 
Tехническая поддержка сайта - webgears.ru